C жестокостью и терроризмом США в последнее время ведут ожесточённую борьбу в Ираке. И ещё немножко в Афганистане - то одну свадьбу бомбовым ударом накроют, то другую. Как известно, подсчёт количества жертв этой борьбы ведётся на сотни тысяч трупов, а в целом давно уже перевалил за половину миллиона. Сотни тысяч трупов борцов с жестокостью и терроризмом не смущают - ведь если никого не убивать, как можно победить жестокость и терроризм? Понятно, никак.

Оказывается, идеалы и ценности цитадели демократии позволяют строить по всему миру секретные тюрьмы. Многие не в курсе, что демократия в США началась не с приходом Обамы - демократия там очень давно. И секретные тюрьмы - тоже. Например, и то и другое там было на протяжении всего срока правления Джорджа Буша, избранного американским народом. Там же были толпы честных, свободных журналистов и орды правозащитников.

Секретные тюрьмы, если кто вдруг не понимает, нужны для того, чтобы содержать в них граждан без суда и следствия - чтобы не отвечать ни перед кем. Сеть тайных тюрем, этот американский архипелаг ГУЛАГ - для того, чтобы в множестве тюрем секретно содержать людей в промышленных масштабах. Борьба с жестокостью идёт нешуточная, куда всех сажать? Тюрем надо много, отсюда и сеть. Но, конечно же, не у себя дома, а в Европе. Скорее всего, на территории молодых, перспективных в плане демократии государств восточной Европы - типа Польши. Эти согласны на всё, главное - шепнуть, что это назло России и дать немножко денег кому надо.

Естественно, задержанных без суда и следствия в секретных тюрьмах можно спокойно пытать - ну, не просто так же их ловили и сажали? Они ведь многое знают, многое могут рассказать - в том числе и под пытками. А что человек сдаёт под пытками? Правильно - связи, адреса, явки, пароли. После чего одних можно ловить и сажать в те же секретные тюрьмы, а других убивать сразу, без лишней возни. А что делают с человеком потом, когда пытки закончились и он всё рассказал? Правильно, его убивают. Как это верно подметил живший не по лжи писатель Анатолий Рыбаков: есть человек - есть проблема, нет человека - нет проблемы.

Естественно, тюрьмы, за которые надо отвечать перед странами ЕС - прикроют. Ну, которые сдуру организовали во Франции - их переведут в места понадёжнее, типа в Эстонию. ЕС возмущается не потому, что очень переживает за несчастных талибов, а потому, что ЕС ненавидят США ничуть не меньше, чем США ненавидит ЕС. И никогда не упустят случая пнуть по больному месту. Понятно, вовсе не в целях "борьбы с жестокостью", а просто чтобы не борзели.

А тюрьмы чё - просто надо строить их на своих территориях, где всё под контролем. Например, в Афганистане. Там пещер много, там же можно и трупы спокойно уничтожать. Ибо - спасибо Рыбакову! - если трупа нет, то и человека не было. А правозащитники займутся Россией, у них там лучше получается.

Власть выступает против желания граждан. Люди, нами выбранные, должны заниматься человеком. Именно для человека строятся школы, дороги, развлекательные центры. И мусороперерабатывающие предприятия, конечно, тоже нужны. Город загажен, дышать нечем. Но почему их нужно ставить на солдатских костях?

Поэтому я и делаю вывод о нравственном затмении. Складывается впечатление, что городские власти не боятся ни смерти, ни высшего суда. Но ведь никто не вечен. Неужели им безразлично, как поступят с их прахом их дети? Наверняка представители властей уверены, что дети и внуки будут помнить их, навещать на Радоницу и Троицу и не допустят поругания отеческих могил. Те, кто сейчас защищает парк Победы, хотят защитить могилы родителей и надеются, что так же уважительно их дети будут относиться и к их могилам. Почитай отца и мать, почитай при жизни, и также почитай после кончины - это евангельские истины, их все знают, даже те, кто в церковь не ходит. Ситуация вокруг парка Победы - это не борьба экономических субъектов, это противостояние нравственное. И именно поэтому чрезвычайно важно в этом противостоянии победить. Важно не дать власти нарушать нравственный закон.

Конечно, власть делает сейчас оговорки, утверждая, что будет проведена экспертиза, исследования, что если будут найдены кости, то они перезахоронят их в другом месте. Но это солдаты, а не животные, останки которых можно отложить в сторонку, если возникает потребность.

Речь идет об отношениях между живыми и мертвыми. Речь идет о линии, которая лежит между жизнью и смертью. Мертвые беззащитны, и именно поэтому их нельзя обижать. Это черта, переступая которую, человек перестает быть человеком. Я говорю это не для того, чтобы кого-то обидеть. Но у нас считается, что только маньяки-убийцы теряют человеческий облик. Это не так. Тот, кто преступает нравственный закон, в нас заложенный, он тоже перестает быть человеком. Люди, строящие свалки на костях защитников Отечества, приватизирующие землю с прахом 600 тысяч жертв блокады, находятся на грани потери человеческого образа. Важно, чтобы они это поняли и имели мужество от этого отказаться.

Общество не интересуют юридические тонкости. Чиновники могут утопить в них истину, но важно вновь и вновь подтверждать, что есть безусловные ценности, и одна из них - уважение памяти предков.