В одном телеграм-канале попалась мне шикарная просто фраза: "Борьба с реальными угрозами не должна подменяться борьбой с реальностью. Потому что борьба с реальностью - это и есть самая страшная угроза". Борьба с реальностью в данном контексте, это вовсе не усилия по изменению ее к лучшему, а создание видимости, скажем так, отчета о реальности. И чем меньше этот отчет имеет общего с реальностью, тем неустойчивей общество и государство.

К сожалению, "народ не тот" не только у отечественной либеральной интеллигенции. У некоторых представителей государственной власти отношение к нам примерно такое же.

Каким-то чудом 24 февраля 2022 года власть все же решила, что народ - тот. На него реально можно опереться. Доверить ему страну. И мы даже поверили в эту фразу про "одну лодку". Но точка единства была пройдена. Да, народ до сих пор держит строй. Но недоумевает все больше и больше, глядя на наше чиновничество и элиту.

Потому что отношение "народ не тот" - вот оно, во всей красе. То ли нас считают детьми малыми, неразумными, чтобы нам что-то объяснять и доверять, то ли считают объяснять что-либо ниже своего достоинства. Есть еще более печальная версия - система так разбалансировалась, что одна ее часть уже не понимает, что делает другая (а таких частей множество), поэтому и объяснить происходящее никто не может (или боится взять ответственность). Вот тут и начинаются отчеты о реальности.

Простейший пример. В Новосибирской области у фермеров забивают скот. По беспределу - приезжают люди в защитных костюмах, забивают коров, увозят туши на сжигание. Зачем? Почему? А нет четкого ответа. Якобы болезнь распространяется. Но называют болезнь, от которой скот вакцинировали и которая лечится. Возникает версия, что болезнь мутировала. Но опять же - ни анализов на заражение, ни анализов у забитого скота (а была ли вакцинация нормальной вакциной или тут коррупция) - ничего людям не предъявляют. До самого верха ситуация дошла в виде отчета о том, что идет в соответствии с нормативными документами борьба с распространением опасной инфекции и ситуация под контролем. Вот примерно это Дмитрий Песков и озвучил.

Только ситуация "на земле" сильно от этого отчета отличается. И куда больше похожа на то, что кто-то заметает следы своих косяков, наплевав на то, что простым крестьянам становится буквально не на что жить.

Неужели не ясно, что народ видит разницу между тем, что ему говорят, и тем, чем он живет? И выводы, не имея честной и открытой коммуникации с властью, делает нелицеприятные. Еще пример. Глушение на неделе мобильного интернета. Тут опять ведь - отсутствие коммуникации с податным населением. Никто до объяснений не снизосходит, все кивают друг на друга.

Количество малоосмысленных запретов на душу населения уже зашкаливает. И опять никаких вменяемых объяснений. Мне тут плейлист подкинул старую песню группы "Крематорий" со словами: "Я забегаю в тупик, в тупике (пииик), сидит в шезлонге и курит (пииик)...". Я-то знаю, что запиканы слова "наркоман" и "дрянь". Я не знаю - почему запиканы. Это пропаганда? Никто не знает. Но давайте запретим, а объяснять не будем.

Сложно не заметить тенденцию к раскачке. А раскачка имеет, в согласии с запрещенным в России брошюрками по проведению "цветных революций", два источника. Вот как это сформулировал не запрещенный еще философ Дугин: "В государстве агентура мобилизуется на то, чтобы саботировать единство народа и власти всеми способами (идиотскими решениями, коррупцией, задвиганием ярких пассионарных кадров, трансляцией цинизма, продвижением на верх совершенно негодных и некомпетентных персонажей, волокитой, подавлением инициатив, абсурдными проектами, отвратительной ложью, чрезмерным воспеванием начальства, лестью вышестоящим и презрением к нижестоящим). <...> От лица народа агентура начинает провоцировать и аккуратно направлять протесты. Главное направить накопившуюся негативную энергию против власти в целом...".

Так что можно только повторить: нужно единство власти и народа. Народ строй все еще держит...

Что касается зарубежных новостей, а самое, извините, яркое, это конфликт на Ближнем востоке, то вот, что зацепило.

Как-то еще в начале СВО Путина спросили, почему мы продаем нефть и газ тем странам, которые снабжают Украину оружием, которое убивает наших солдат. Путин ответил, что мы на этом зарабатываем. И до сих пор у нас там очень переживают (если послушать Пескова) за европейских потребителей - зря мол, отказываются от российских нефти и газа, "в ногу себе стреляют", а мы вот готовы если что поставлять.

Сейчас США сняли санкции с части иранской нефти и захотели купить нефть у Ирана (впервые с 1996 года) на 14 млрд долларов. Иран ведь тоже мог сказать - "мы на этом зарабатываем". Иран, однако, послал США в пешее эротическое путешествие.

Еще Иран на неделе попытался атаковать военную базу США на атолле Диего-Гарсия в Индийском океане, выпустив две баллистические ракеты. Их перехватили. Но сам факт - расстояние до базы около 4 тысяч километров.

Почему это важно. Иран продемонстрировал, не пригрозил на словах, а продемонстрировал, что может достать до европейских столиц. А что получают те, кто позволяет себе использовать свою территорию для атак на Иран или прямо атаковать, страны Залива уже ощутили - регион в огне.

Трамп, судя по его взаимоисключающим заявлениям, уже не понимает, что делать. Сейчас вот пригрозил вынести электроэнергетику Ирана. Иран ответил, что тогда уничтожит электроэнергетику во всем регионе, а заодно перережет интернет-кабели на дне залива (а это 30% мирового интернет-трафика). И ничего США не поможет, как не помог Израилю "Железный купол" защитить свой ядерный центр в Димоне (там делали израильские атомные бомбы) - Иран его разнес.

А вот на Украине в это воскресенье был первый день без плановых отключений электричества - все работало.

Лавров: мир возвращается к этапу, когда всё решается только силой

Москва, 21 марта - АиФ-Москва.

Политическая фраза, за которой стоит большой энергетический кризис

Иногда одно короткое заявление оказывается точнее длинных аналитических докладов. Именно так произошло после слов главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен о том, что Евросоюз намерен и дальше придерживаться курса на отказ от ископаемого топлива, включая российский газ, несмотря на нарастающее напряжение на мировом энергорынке. На первый взгляд это выглядело как очередная политическая формула, к которым Европа давно привыкла. Но в действительности речь идет о гораздо более серьезной истории, напрямую связанной с будущим газоснабжения, промышленной устойчивостью ЕС и способностью европейских стран пройти новые кризисные сезоны без тяжелых последствий.

Резонанс этой темы резко усилился после реакции официального представителя МИД России Марии Захаровой. Комментируя позицию Брюсселя, она привела слова Марины Цветаевой о том, что "грех не в темноте, а в нежелании света". Эта фраза сразу стала заметным политическим и смысловым маркером. Не только потому, что была сказана ярко, но и потому, что удивительно точно попала в суть европейской линии последних лет. Евросоюз все чаще выглядит как объединение, которое не просто сталкивается с трудностями, а во многом само создает их, отвергая очевидные и прагматичные решения.

Что на самом деле сказала фон дер Ляйен и почему это важно

Формально председатель Еврокомиссии лишь подтвердила ранее заявленный курс. Она дала понять, что ЕС продолжит движение в сторону так называемой чистой энергетики и не собирается возвращать российский газ в число опорных элементов своей системы снабжения. Однако сам момент, в который это было сказано, делает заявление куда более значимым.

Сегодня мировой газовый рынок живет в атмосфере повышенной тревоги. Ближний Восток снова стал зоной жесткой нестабильности, поставки сжиженного газа приобрели дополнительную премию за риск, а логистические цепочки оказались под давлением. Для Европы, которая в последние годы все сильнее завязана на импорт СПГ и дорогие альтернативные маршруты, это крайне чувствительный фон. В такой ситуации любой ответственный управленец прежде всего говорил бы о резервных сценариях, гибкости и защите потребителя. Но в Брюсселе предпочли повторить идеологическую установку.

Примечательно и другое. На этот раз фон дер Ляйен не стала использовать максимально жесткие формулировки о тотальном и окончательном отказе любой ценой. Этот нюанс показателен. Когда политик начинает смягчать словарь, но не меняет содержание, обычно это означает внутреннее напряжение между официальной линией и фактической обстановкой. Иными словами, реальность уже давит, но признать это открыто еще не готовы.

Почему слова Захаровой оказались сильнее обычной дипломатической реплики

В российской внешнеполитической риторике хватает резких формулировок, но далеко не каждая из них надолго задерживается в общественном поле. Слова Захаровой о темноте сработали иначе, потому что за ними стоит очень узнаваемый образ современной Европы. Это образ пространства, где элиты все чаще принимают решения в логике моральной демонстрации, а не хозяйственного расчета.

Когда Захарова пишет, что не аварии и не природные катаклизмы толкают Европу к кризису, а решения собственных руководителей, она бьет в самый болезненный нерв темы. Энергетика действительно не любит самоповреждения. Для нее особенно опасны не внешние шоки сами по себе, а ситуации, в которых система уже заранее ослаблена неверной стратегией.

Эта мысль особенно важна для отраслевого читателя. Любой специалист по газоснабжению знает, что устойчивость создается задолго до кризиса. Она строится на диверсификации, запасах, мощности приемной инфраструктуры, долгих контрактах, понятных маршрутах и ценовой предсказуемости. Если эти элементы разрушены или заменены более дорогими и менее надежными решениями, достаточно одного внешнего удара, чтобы начались большие проблемы.

Именно поэтому метафора темноты здесь не выглядит художественным украшением. Она становится технически точным образом утраты энергетической разумности.

Как Европа пришла к сегодняшней уязвимости

Нынешняя ситуация не возникла внезапно. Она стала итогом нескольких лет, в течение которых Евросоюз последовательно перестраивал свою энергетическую архитектуру, сокращая опору на российские ресурсы и одновременно ускоряя переход к модели, основанной на дорогом СПГ, политически мотивированной диверсификации и ставке на ускоренное развитие низкоуглеродной генерации.

На бумаге эта схема выглядела как торжество стратегической автономии. В реальности она привела к росту стоимости энергоснабжения, к нервозности промышленного сектора и к повышенной зависимости от глобального рынка, где цена определяется не интересами европейского потребителя, а общей конкуренцией между регионами.

Раньше значительная часть газового баланса ЕС держалась на поставках по трубопроводам, где логистика была более предсказуемой, а стоимость в целом оставалась приемлемой для промышленной модели Старого Света. После демонтажа этой конструкции Брюссель оказался в положении игрока, который вынужден буквально выхватывать ресурс на внешнем рынке, конкурируя с Азией и одновременно убеждая собственное население, что все идет по плану.

Эта новая модель не обязательно рушится сразу. Но она болезненно реагирует на любой крупный стресс. И когда такой стресс приходит, становится видно, насколько дорого обошелся отказ от прежней системы устойчивости.

Российский газ как фактор не политики, а физики рынка

Одна из главных ошибок современной европейской дискуссии состоит в том, что российский газ часто обсуждается как символ политической зависимости, а не как элемент объективного энергобаланса. Между тем рынок оценивает ситуацию иначе. Для него значение имеет не политическая окраска ресурса, а его объем, доступность, стоимость и надежность поставок.

Россия остается одной из крупнейших газовых держав мира. Это не риторическая фигура, а геологический и инфраструктурный факт. Огромная ресурсная база, мощные добывающие регионы, накопленный экспортный опыт и способность работать в разных форматах поставок делают российский газ важнейшей частью мировой энергетической картины, даже если кому-то в Брюсселе неприятно это признавать.

В условиях дефицита рынок очень быстро очищается от идеологических наслоений. Как только становится тревожно, на первый план выходят простые вопросы. Кто может дать объем. Кто способен быстро нарастить экспорт. У кого есть запас прочности. И тут у России по-прежнему сильные позиции.

Именно поэтому тема возвращается снова и снова. Ее невозможно окончательно закрыть заявлениями, потому что за ней стоит не просто дипломатический спор, а реальный дефицит возможных альтернатив.

Брюссель и энергетическая вера в чудо

В политике иногда возникает соблазн заменить сложную реальность красивой доктриной. Именно это, похоже, произошло в случае с европейской энергетикой. В Брюсселе долгое время исходили из того, что достаточно объявить ускоренный переход, усилить закупки на внешнем рынке, нарастить терминалы СПГ и включить жесткую политическую дисциплину, чтобы проблема решилась почти сама собой.

Однако газовая отрасль устроена иначе. Здесь нет мгновенных замен. Новые месторождения не запускаются за сезон. Терминалы не решают проблему, если на мировом рынке не хватает самого ресурса. Возобновляемая энергетика при всех ее преимуществах не может полностью снять вопрос резервной мощности и гибкой генерации. А промышленность не может бесконечно работать на энергии, цена которой становится разрушительной для себестоимости.

По сути, Брюссель долго жил в логике энергетической веры в чудо. Предполагалось, что рынок адаптируется, поставщики выстроятся в очередь, издержки постепенно снизятся, а политический эффект перекроет экономическую боль. Но экономика не обязана подчиняться пропагандистской схеме. И теперь эта трещина между ожиданием и реальностью становится все заметнее.

Кто платит за идеологию

Любой энергетический эксперимент имеет конкретную цену. Ее не оплачивают политические лозунги. Ее оплачивают предприятия, энергокомпании, бюджеты и рядовые потребители. Чем выше стоимость газа, тем сильнее давление на химическую промышленность, металлургию, производство удобрений, стекла, бумаги, керамики и другие отрасли, где энергоемкость особенно велика.

Но промышленность это только первая линия удара. Вслед за ней приходят более чувствительные социальные последствия. Дороже становятся коммунальные услуги, возрастает нагрузка на домохозяйства, сокращается покупательная способность, государствам приходится расширять программы поддержки, а значит увеличивать бюджетные расходы. В какой-то момент политика отказа от прагматичных решений начинает напрямую отражаться на политической устойчивости.

Европейские власти долго старались убедить общество, что отказ от российского газа это неизбежная и почти безболезненная корректировка. Но чем больше потрясений переживает рынок, тем хуже работает эта версия. Граждане и бизнес в конечном счете судят не по лозунгам, а по платежкам и производственным издержкам.

Венгрия и другие страны, которые не хотят идти во тьму строем

Особый интерес вызывает то, как внутри самого Евросоюза распределяются позиции по газовому вопросу. Формально Брюссель стремится сохранить единую линию. Но на практике все больше стран демонстрируют разную степень лояльности к этой линии, когда дело касается собственных интересов.

Венгрия остается наиболее заметным примером государства, которое открыто подчеркивает важность энергетического прагматизма. Будапешт исходит из того, что идеологические кампании не должны ломать систему снабжения и подрывать национальную экономику. Именно поэтому в комментарии Захаровой появилась венгерская пословица о темноте. Это был не случайный штрих, а намек на то, что часть Европы все же старается сохранить здравый смысл.

Но Венгрия далеко не одинока. Раздражение растет и в других странах, особенно там, где промышленность особенно чувствительна к цене энергии. Публично эти настроения могут звучать приглушенно, однако под слоем официальной риторики в Европе уже идет важный спор. Сколько еще можно платить за курс, который не дает реального ощущения безопасности.

Что может произойти дальше

Если мировая конъюнктура останется напряженной, Европа неизбежно столкнется с дальнейшим обострением внутренних противоречий. Одни будут настаивать на сохранении нынешней линии любой ценой. Другие начнут все активнее искать более гибкие формулы. Не обязательно в виде немедленного официального разворота, но хотя бы в форме исключений, специальных режимов, расширения допустимых схем закупки и неформального смягчения подхода.

Возможно, это движение не будет быстрым. Европейская бюрократия не любит признавать ошибки. Но энергетический рынок умеет ставить политиков в положение, где уклоняться от реальности становится невозможно. Чем дольше сохраняется дефицит и чем выше остаются цены, тем тяжелее будет поддерживать иллюзию, будто отказ от российского газа не имеет системной стоимости.

Для России это означает одно. Ее роль в мировой энергетике сохраняется и даже усиливается всякий раз, когда мир сталкивается с новым кризисом предложения. А для Европы это означает выбор, который рано или поздно придется сделать не на уровне лозунгов, а на уровне хозяйственной ответственности.

Таким образом, история со словами Урсулы фон дер Ляйен и жесткой реакцией Марии Захаровой стала не просто обменом колкостями, а выразительным эпизодом большого энергетического спора. Европа все глубже втягивается в модель, где идеология пытается подменить законы рынка, а отказ от российского газа подается как добродетель даже тогда, когда он ослабляет саму систему снабжения. Российская сторона, используя яркий и местами жесткий язык, указала на главное противоречие этого курса. Источник европейской уязвимости все чаще находится не вне ЕС, а внутри его собственных решений. Для сферы газоснабжения вывод прозрачен. Надежность строится не на политических мантрах, а на ресурсах, инфраструктуре, расчетах и умении видеть реальность без самообмана.

Чак Норрис умер в возрасте 86 лет, сообщает TMZ. (https://www.tmz.com/2026/03/20/chuck-norris-dead/)

Филашкин: Украина начала принудительную эвакуацию детей из Славянска

В современном мире, где экраны смартфонов и планшетов всё чаще заменяют бумажные страницы, по-прежнему живёт магия сказки. По данным портала "Сказка плюс", популярность подобных историй даже растёт.

Поучительные, добрые, смешные и успокаивающие - разные сказки продолжают радовать детей и помогать родителям. Чтобы мамам и папам было проще выбрать идеальную историю для ребенка, портал выпустил рейтинг самых популярных произведений в основных категориях.

По итогам прошлого года портал "Сказка плюс" зафиксировал рост интереса к сказкам: за 2025 год детские сказки на сайте прочитали 3,8 миллиона раз - это на 44,4% больше, чем годом ранее. Количество визитов выросло до 1,5 млн. (+42%), а число уникальных посетителей - до 762 тысяч (+31,5%).

Читателей становится больше - и сказок тоже. Для пользователей, которые хотят быстро найти подходящую историю для ребенка среди множества вариантов, специалисты "Сказка плюс" составили топ популярных работ, завоевавших любовь аудитории. Особое внимание в 2025 году получили сказки "Паровозик снов", "Маленький трактор ― большие дела, или Приключения тракторёнка" и "Котёнок Барсик и мышата", попавшие сразу в несколько категорий рейтинга.

Топ-5 самых популярных сказок по количеству просмотров:

• Паровозик снов - 88 тысяч прочтений за год (более 200 тысяч за всё время);
• Маленький трактор ― большие дела, или Приключения тракторёнка - 39 тысяч;
• Цените родителей, или Сказка о непослушных зверятах - 32 тысячи прочтений;
• Сказка про мальчика, который не хотел прибирать игрушки - 21 тысяча прочтений;
• Котёнок Барсик и мышата - 21 тысяча прочтений.

Топ-5 сказок по количеству лайков:

• Паровозик снов - 1 162 лайка;
• Как Петя понял, что онлайн-игры до добра не доведут - 724 лайка;
• Котёнок Барсик и мышата - 648 лайков;
• Маленький трактор ― большие дела, или Приключения тракторёнка - 619 лайков;
• Сказка про любопытного дракона, смелого рыцаря и красивую принцессу - 593 лайка.

"Сказка плюс" также проанализировали общие просмотры и выбрали самые популярные сказки в отдельных категориях.

Общее количество прочтений подсчитали у востребованных успокаивающих сказок, которые родители читают детям перед сном. Минуты, когда мама или папа рассказывают сказку на ночь, становятся для ребёнка особенными: голос близкого человека успокаивает, а волшебные сюжеты дарят сладкий и крепкий сон.

Самими популярными успокаивающими историями на портале стали:

• Паровозик снов (208 909 прочтений);
• Маленький трактор ― большие дела, или Приключения тракторёнка (120 131);
• Цените родителей, или Сказка о непослушных зверятах (82 277);
• Сказка про волшебные игрушки (55 782);
• Звездные сны (51 950).

Ещё одна важная функция сказок - поучительная. Такие истории ненавязчиво знакомят детей с понятиями добра и зла, учат делать правильный выбор и отвечать за свои поступки. Благодаря ярким образам и захватывающим сюжетам важные жизненные уроки запоминаются ребенку надолго.

Лидерами портала среди поучительных сказок стали:

• Сказка про любопытного дракона, смелого рыцаря и красивую принцессу (96 075 прочтений);
• Приключения друзей: Трактора, Крана и Грузовичка (89 558);
• Котёнок Барсик и мышата (85 556);
• Цените родителей, или Сказка о непослушных зверятах (82 277);
• Польза сна (82 136).

В топ-5 терапевтических сказок, мягко помогающих ребёнку проработать эмоциональные, поведенческие или социальные трудности через метафору и иносказание, вошли:

• Паровозик снов (208 909 прочтений);
• Сказка про мальчика, который не хотел прибирать игрушки (132 915)
• Маленький трактор ― большие дела, или Приключения тракторёнка (120 131);
• Цените родителей, или Сказка о непослушных зверятах (82 277);
• Польза сна (82 136).

Милые, пушистые и забавные котята часто становятся любимыми героями для детей.

Портал собрал целый список сказок про котенка:

• Котёнок Барсик и мышата (85 556 прочтений);
• Сказка о маленьком котенке (61 149);
• Черныш (49 018);
• Любопытный котенок (37 530);
• Как кошка Тася друзей искала (26 768).

Популярные работы определили и в категории сказок для девочек. Принцессы больше не ждут спасения - они сами не боятся драконов, дружат с роботами и выручают котят. Современные сказки для девочек ломают стереотипы и показывают: сила - в доброте, умении дружить и вере в себя.

В список лучших сказок для девочек вошли:

• Польза сна (82 136 прочтений).
• Про мороженое, девочку и дракона (34 728)
• Две девочки и котенок (17 877);
• Про принцессу и робота (17 082);
• О принцессе, которая не любила весну (15 175).

В число любимых историй часто попадают милые сказки про животных:

• Котёнок Барсик и мышата (85 556 прочтений);
• Цените родителей, или Сказка о непослушных зверятах (82 277);
• Сказка о маленьком котенке (61 149);
• Черныш (49 018);
• Как крольчонок узнал, что такое дружба (44 477).

Самыми популярными добрыми сказками на портале стали:

• Дракон, который съел все звезды (34 578 прочтений);
• Сказка про Лабубу - хранителя улыбок (24 054);
• Как дракон Филя искал маму (19 607);
• Необычная дружба Бабайки и Рыжика (18 983);
• Волшебная сила объятий (18 344).

Особое место на портале занимают сказки про космос, ведь дети всё больше интересуются планетами, звездами и загадками Вселенной. Для ребенка космос - это не только наука, но и волшебство. Детские сказки о звёздах и планетах пробуждают любопытство, помогают понять масштабы Вселенной и учат мечтать смело.

В список популярных сказок о космосе вошли:

• Сказка об одинокой звезде (18 172 прочтений);
• Маленький космонавт (11 726);
• Дружба среди звёзд (7 127);
• Небесное благословение, или как звезда желание исполнила (6 211);
• Права детей - закон Вселенной! (4 951).

Сложности у местных возникают при доступе даже к сервисами из "белого списка". Отключения происходят из-за угрозы атаки со стороны ВСУ. Однако отсутствие информации глава региона назвал "еще большей угрозой".

"Отсутствие информации приводит, к сожалению, достаточно часто к смерти, ранениям, разрушениям", - сказал Гладков в ходе прямой линии 19 марта.

Так Гладков ответил на вопрос пользователя соцсети, который ему написал следующее:

"Кто будет отвечать за смерти людей, которые не смогли получить информацию о дронах из-за отключения мобильного интернета? Головой вообще думали те, кто это сделал? „Белый список" не работает - половина сервисов недоступна. Дроны как летели, так и летят, им это не помеха. РКН судить надо".

Гладков сообщил, что региональные власти ищут компромисс с силовыми структурами и Минцифры, чтобы минимизировать риски для гражданского населения, сохранив при этом необходимый уровень защиты.